Те немногие, но приятные мне люди, на чьих раскрытых уютных ладонях я пристроилась, убеждённо сказали бы, что я воткнула в своё сердце острый кухонный нож женщины, пресыщённой до умопомрачения и до тошноты ядовитым животным чувством собственности у самцов.
